Механизм управления процессами социализации бизнеса в регионах

Механизм управления процессами социализации бизнеса в регионах

Содержание материала

Механизм управления процессами социализации бизнеса предполагает раскрытие его на различных уровнях абстракции: механизм в целом, механизм социализации, региональный уровень действия механизма.

Обратимся к первому уровню. Проблема механизма управления социально-экономическими процессами рассматривается в научной литературе на протяжении длительного периода времени. При этом подходы к определению самого понятия «механизм» весьма разнообразно.

Структура механизма управления

Термин «механизм» в общественные науки ввел Ф. Гегель: «Механический характер заключается в том, что, каково бы ни было соотношение соединяемых [объектов], оно чуждо им, не касается их природы, и хотя бы оно и было связано с видимостью чего-то единого, оно все же остается только сложением, смесью, кучей и т.д.» (74). Таким образом, механизм - это совокупность частей, не важно, каких именно.

Д. Лафта считает механизмом аппарат или порядок, движущий или преобразующий систему в целом и ее элементы (75). Позицию автора следует считать обоснованной, действительно, смысл механизма заключается в обеспечении движения системы. Однако, данное определение позволяет понять скорее назначение, чем содержание механизма.

Б. Райзберг считает хозяйственный механизм совокупностью процессов, организационных структур, форм и методов управления, правовых норм, посредством которых реализуются экономические законы и осуществляется воспроизводство (76). Если абстрагироваться от целей механизма - реализации законов и воспроизводства, то в структуре механизма остаются процессы, оргструктуры, формы, методы, нормативные акты. Представляется, что структура механизма охарактеризована достаточно полно, но его компоненты представлены на разных уровнях абстракции. В частности, нормативные акты - конкретный элемент механизма нельзя соотнести с такой его компонентой как «форма».

Близкую точку зрения высказывают Ю. Трещевский и С. Седыкин, утверждая, что механизм любого управления социально-экономической системой представляет собой организованную совокупность форм, методов и инструментов, используемых субъектами управления для достижения упорядоченности процессов, происходящих в этой системе, их ресурсной обеспеченности, координации различных видов деятельности . В данном случае достаточно определенно прослеживается иерархия категорий, движение от общего - форм, к конкретному - инструментам. Содержание указанных элементов механизма зависит от характера управляемых явлений и процессов, образующих систему.

Сложность раскрытия содержания механизма на абстрактном уровне обусловила обращение исследователей преимущественно к механизмам управления определенными конкретными процессами. При этом прослеживаются, естественно, и очертания механизма управления социальноэкономическими системами в целом.

О. Деревянко рассматривает механизм в качестве процесса, способа функционирования хозяйственной системы, в основе которого лежит совокупность производственных отношений (78).

Т. Ефремова считает, что механизм обеспечивает возможность движения системы, получение ею положительного эффекта посредством реализации различных состояний и процессов, образующих систему в целом. Механизм - это совокупность устройств, определяющих порядок деятельности (79). С автором можно согласиться, однако, следует заметить, что переход между понятиями «механизм» и «совокупность устройств» не добавляет характеризуемой категории конкретности, необходимо обращаться к «устройствам», раскрывая их содержание.

Акцент на процессной составляющей механизма делается Р. Маннаповым и Л. Ахтариевой (80).

А. Букреев, И. Рощупкина применительно к экономикоорганизационный механизму антикризисного управления пишут, он представляет собой совокупность организационных форм и экономических методов, взаимно увязанных на микроуровне в единый регулируемый правовыми нормами механизм, позволяющий предприятию стабилизировать свою производственно-хозяйственную и финансовую деятельность с помощью антикризисных процедур применительно к предприятию - должнику (81). Абстрагируясь от процессов стабилизации, можно увидеть традиционное обращение к экономическим, организационным, институциональным (правовым нормам) методам.

На наш взгляд в данном случае не очень удачно сочетаются с одной стороны - организационные формы, с другой - экономические методы. Из законов диалектики следует, что формы и методы - категории, находящиеся на разных уровнях абстракции. Так, у Г. Гегеля форма и сущность - категории одного порядка: «В том-то и состоит абсолютное взаимоотношение формы и сущности, что сущность есть простое единство основания и основанного, но в этом единстве как раз сама она определенна или есть отрицательное и отличает себя как основу от формы, но таким образом сама становится в то же время основанием и моментом формы» (82).

Напротив, метод у Гегеля связан с изучением конкретного, получением «непосредственного или опосредованного знания» (83). В связи с этим более обоснованным представляется ранжирование форм, методов, инструментов по уровням абстракции.

Так, И. Рисин определяет механизм как совокупность форм, методов и инструментов, применяемых субъектами управления в отношении процессов функционирования и развития социально-экономических систем (84). Эту же версию указанный автор воспроизвел и в последующем (85). При внешней общности подхода И. Рисина с одной стороны и А. Букреева и И. Рощупкиной - с другой, здесь заметны существенные различия. Действительно, формы в трактовке И. Рисина выступают в качестве наиболее общего компонента механизма, методы и инструменты конкретизируют их.

Н. Сироткина применительно к управлению качеством характеризует механизм как жестко установленные связи между элементами управления, обеспечивающие эффективное достижение стратегических целей предприятий в области качества продукции и обеспечивающих его технологических процессов на основе комплексного воздействия на наиболее приоритетные направления его развития. В качестве основных блоков механизма указанный автор называет системный анализ, стратегический менеджмент, индикативное управление, управление человеческими ресурсами (86). Несмотря на то, что речь идет об управлении качеством, можно считать, что данная структура механизма имеет универсальный смысл. Специфика объекта отражается не в структуре механизма, а в содержании его элементов.

Позже Н. Сироткина определила механизм как совокупность взаимосвязанных мероприятий, осуществляемых в особой последовательности (87). Иначе говоря, механизм приобрел конкретность, поскольку речь пошла о мероприятиях, где нет места абстракциям. С одной стороны, это позволяет формировать систему взаимосвязанных мероприятий, добиваясь необходимой практичности, с другой - пропадает уверенность, что мероприятия будут запланированы и проведены с учетом принципа необходимого и достаточного разнообразия. Для этого нужен выход на абстрактные уровни, позволяющие выделить однородные по важнейшим признакам группы таких мероприятий, которые можно сформулировать как формы, методы и пр. Кроме того, в механизме отсутствуют его важнейшие элементы - субъекты и объекты. При всей важности связей между элементами механизма, субъекты и объекты должны присутствовать в нем, иначе нет оснований для возникновения связей. В этой связи показательно, что У. Эшби (88) и его последователи называют объекты и субъекты управления в качестве базовых элементов механизма. Мы полагаем, что субъекты и объекты управления должны включаться в состав механизма, поскольку они и образуют его корпускулярную основу. Формы, методы, инструменты только используются субъектами, обеспечивая динамичность управляемых систем.

Как отдельный элемент механизма наряду с объектом и субъектом Т. Ускова, С. Сивкова, В. Смирнов (89) называют цель. Цель также следует отнести к элементам механизма, хотя она, как нечто единое, может и отсутствовать, если состав субъектов, объектов широк и неоднороден.

В связи с этим отметим особое положение цели в системе перехода от объективного к субъективному и обратно, от существующего - к несуществующему, ее абсолютно внешнее по отношению к реальности состояние, отмеченное Г. Гегелем: «Понятие, которое тем самым сняло все моменты своего объективного наличного бытия как внешние и которым они положены в его простое единство, благодаря этому полностью освободилось от объективной внешности, с которой оно уже соотносится лишь как с несущественной реальностью; это объективное свободное понятие есть цель» (90). В отсутствие цели, внутренне обусловленной или обусловленной внешними обстоятельствами, механизм не может функционировать в системном одинстве.

Обобщая вышеизложенное, можно утверждать, что структура механизма управления социально-экономическими процессами и явлениями включает в себя в наиболее общем виде два корпускулярных элемента: субъект и объект; систему иерархически упорядоченных связей: формы - методы - инструменты; цель - как объективно необходимый атрибут.

Заметим, что в отношении субъекта и объекта проблема решается достаточно просто, хотя, как мы увидим ниже, не всегда однозначно, а система связей зависит от содержания механизма, которое не рассмотрено ни в одной из версий управления социально-экономическими системами. Точнее, оно не рассмотрено в версиях, посвященных механизмам управления. Сами связи рассмотрены в фундаментальных исследованиях, посвященных функционированию социально-экономических систем.


Рыночный механизм

Обратимся к механизму функционирования рыночной экономики. Общие механизмы управления функционированием ее субъектов - рынок, конкуренция, цена. Наиболее абстрактная характеристика, именно поэтому определяющая сущность механизма - рынок. Он определяет объемы и структуру производства, уровень общественно-необходимых затрат труда и средств производства, прибыли, заработной платы.

В основе рыночных отношений лежит обмен. У А. Смита: «Различные их (людей. А.С.) продукты, благодаря склонности к торгу и обмену, собираются как бы в одну общую массу, из которой каждый человек может купить себе любое количество произведений других людей, в которых он нуждается» (91).

Иначе говоря, меновые отношения составляют сущность рыночного механизма - механизма рыночной экономики в целом и механизма управления экономическими субъектами. Отсюда - все категории рыночного механизма производны от меновых отношений.

В связи с этим проблему представляет определение формы этих отношений. Большинство авторов указывает на конкуренцию, как основной механизм рынка. Однако, конкуренция осуществляется не сама по себе, в ее основе - стремление к доминированию в сфере создания, распределения и потребления созданной в обществе стоимости, определяющей, «какое количество необходимых предметов можно получить из их общей массы». Конкуренция при любых методах и инструментах ее использования, направлена на максимизацию стоимости, принадлежащей в итоге экономическому субъекту. Если отвлечься от глубинных основ стоимости (затрат общественно необходимого труда), то отношения строятся вокруг различного рода цен - цены спроса, цены предложения, цены равновесия и т.д.

Это позволяет утверждать, что форма рыночного механизма двояка: в институциональном смысле она представлена конкуренцией, в организационно-экономическом смысле - ценой. Эта форма в целом едина и определяет содержание рыночного механизма, отражая, как и любая иная форма, некоторую сущность. Определенность сущности, заключенной в отрицающей ее форме, подчеркивал Г. Г егель: «Сущность возвращается в себя как отрицающая; таким образом, возвращаясь в себя, она сообщает себе определенность, которая именно поэтому есть тождественное с собой отрицательное, снятая положенность, и тем самым также и нечто сущее как тождество сущности с собой в качестве основания» (92).

Соответственно, инструменты рыночного механизма производны от формы. В экономическом смысле они представлены ценами или их компонентами - себестоимостью, скидками, надбавками и др., действие которых обеспечивает функционирование системы, построенной на поддержании конкуренции, как институциональной основе рыночного механизма.

Сказанное не означает, что рыночные инструменты представлены только ценами, к ним следует отнести и те, которые косвенным образом оказывают влияние на цены и вытекают из них. В первую очередь к ним следует отнести бюджетные, финансовые, кредитные инструменты, независимо от того, кто является субъектом управления: индивид, бизнес-структура, государство. Все они включены в систему рыночных отношений, если последние являются доминирующими.

Применительно к социализации бизнеса в регионе, можно говорить о трех аспектах механизма управления данным процессом с учетом действия рыночного механизма:

  • состоянии социализации бизнеса в регионе и целесообразных направлениях ее развития;
  • инструментах, которые могут использовать субъекты механизма управления, воздействуя на рыночный механизм;
  • целях механизма управления социализацией бизнеса.

Цель занимает особое место занимает в системе рыночного механизма. Каждый из указанных выше субъектов в различной степени охвачен рыночными отношениями, имеет разные цели, располагает собственными формами и производными от них инструментами управления, отражающими сущность отношений. Единого субъекта рыночного механизма управления нет. В связи с этим нет и цели как таковой, если отвлечься от трансцендентальной, в Кантовском понимании (93), картины мира. В отсутствие цели как таковой социализация бизнеса не может быть выделена как частная цель рыночного механизма. Рыночный механизм управления не персонифицирован.

В связи с этим форму рыночного механизма управления следует представить как институционально-организационный диполь: конкуренция-цена.

Соответственно, цель задается рыночному механизму извне - субъектами механизма. Поэтому цель включается не в рыночный механизмом, а во взаимодействующие механизмы, органически присущие основным участникам экономических отношений в регионах - органам власти и управления и хозяйствующим субъектам (прежде всего - бизнес-структурам). При этом следует отметить, что трансформация рыночных отношений на региональном уровне практически невозможна. Органы власти и управления регионального и местного уровня не располагают в условиях развитых рыночных отношений достаточным формальным и неформальным влиянием на рыночные процессы. Тем более это касается бизнес-структур. Однако, и те и другие могут действовать, исходя из более или полной информации о состоянии экономической и институциональной среды, что и обусловливает необходимость применения форм и инструментов, направленных на получение необходимого и достаточного объема информации для эффективного управления процессами социализации бизнеса. В составе этой информации, прежде всего - оценка параметров социализации бизнеса в регионе в сравнении с другими административнотерриториальными страны, позволяющая выявить общее и специфическое в развитии указанного процесса, его сильные и слабые стороны, состояние экономических и институциональных факторов мезоэкономической среды.


Государственное управление

Обратимся к государству и применяемому им механизму управления. Цитированное выше определение государственного механизма управления (государственного регулирования) И. Рисина достаточно абстрактно, чтобы можно было определить сущность выражаемых этим механизмом отношений. Из него следует только то, что их субъектом является государство. Полагаем, не случайно, что в структуре механизма государственного управления, раскрываемой в цитируемом источнике, исчезла форма, а речь сразу пошла о функциях (о них следует сказать отдельно) и, затем, инструментах.

Обратимся к точкам зрения крупнейших представителей различных экономических школ на проблему механизма государственного управления. При этом будем исходить из того, что употребление термина «механизм» ими не является принципиальным, важно, чтобы речь шла о нем фактически.

В качестве методологической основы примем определение государства в лице его органов управления, данное Г. Гегелем. В его изложении сущность механизма государственного управления вытекает из взаимодействия «абсолютного индивида», связывающего между собой и поддерживающего «внутри-себя- бытие» общества. Правительство является абсолютным центром, с которым связаны все члены общества, что и обеспечивает их «внешнее существование» (94).

Если обратиться к истокам экономической мысли, то можно заметить явный акцент на удовлетворение государством общественных потребностей на основе разделения труда. Практически полная аналогия идей А. Смита о значении разделения труда в развитии общества прослеживается у Сократа. Причем, развитие разделения труда на основе выявления природных наклонностей людей вменяется им в обязанности правителей (95). Иначе говоря, государство в лице своих лучших представителей должно использовать механизм управления, включающего функции планирования и организации деятельности всех членов общества.

У Аристотеля: «Всякое государство представляет собой своего рода общение, всякое же общение организуется ради какого-либо блага (ведь всякая деятельность имеет в виду предполагаемое благо) ... это общение и называется государством или общением политическим» (96). Экономические аспекты деятельности государства мало интересовали Аристотеля, основное внимание уделялось им властным отношениям, поэтому механизм государственного управления - это, фактически, тип власти. Объект и одновременно, в той или иной степени субъект государственного управления - граждане. Властные отношения выходят за пределы области нашего исследования, хотя, учитывая специфику Аристотелевского подхода, все же можно увидеть в механизме государственного управления организацию общественных процессов, как его базовую форму.

А. Смит считал, что: «Первой обязанностью государя является защита общества от насилия и посягательств со стороны других независимых обществ» (97). Наряду с нею, автор называет также защиту гражданина от несправедливости и притеснения со стороны других членов общества. Третья обязанность - экономического свойства - основание и содержание общественных учреждений и работ, полезных для общества, но не приносящих прибыли частным лицам (98). Хозяйственная функция - покровительство молодому капиталу, а в более широком смысле - согласование общественных интересов. Механизм государственного управления экономическими процессами построен у А. Смита фактически также, как и у хозяйствующих субъектов, собственно, государство само выступает в этой роли. Полагаем, что это вполне соответствует общей системе представлений А. Смита об экономической деятельности, но не позволяет сделать вывод о фундаментальных основах государственного управления социально-экономическими процессами.

Исходя из контекста его основной работы можно выдвинуть предположение, что роль государственного управления (помимо защитной) - перераспределение общественного богатства, а его базовая форма - изъятие части созданной стоимости для удовлетворения общественных потребностей.

Представляет интерес тот факт, что уже в ХХ веке эту точку зрения выразил А. Пигу, который декларировал необходимость достижения оптимума посредством уравнивания частного и общественного предельного продукта. Роль государства в экономической жизни у А. Пигу производна от рыночного механизма - несовершенства конкуренции (99). Экономический инструментарий, предлагаемый А. Пигу - налоги, субсидии, льготные цены на товары, поощрение добровольной передачи средств в пользу малообеспеченных слоев населения (100) выполняет сугубо перераспределительную функцию.

Как видим, и у А. Смита, и у А. Пигу инструментарий государственного управления, ориентирован на изменение структуры воспроизводимой стоимости - доминанту бизнеса. Это подтверждает обоснованное нами положение о системе показателей, характеризующих социализацию бизнеса в качественном и количественном отношениях. Проблема для управления этим процессом на региональном уровне заключается в ограниченности инструментария, позволяющего реально воздействовать на указанное перераспределение.

Взгляды Дж. Кейнса, несмотря на их существенное отличие от вышеизложенных, имеют в своей основе тот же рыночный механизм, направленный на повышение совокупного спроса. Собственно, и основанием для вмешательства государства в социально-экономические процессы он считал несовершенство рыночных ценовых регуляторов.

Заметим, что в научной литературе постоянно возникает вопрос о том, кто является более эффективным субъектом управления экономическими процессами - государство или рынок. При этом эффективность оценивается применительно к совершенно различным с точки зрения уровня персонификации субъектам. Такая постановка вопроса, на наш взгляд, неправомерна - для не персонифицированного рынка и вполне конкретного государства, а также его территориальных и функциональных подсистем эффекты, эффективность принципиально различны и несоизмеримы. Если рассматривать механизмы управления рынка и государства как различающиеся в онтологическом смысле, то нет оснований для их противопоставления. Поэтому целесообразно обратиться к концепциям, рассматривающим роль государственных органов различного уровня в управлении социально-экономическими процессами в целом, и социализацией бизнеса, в частности.

При любом общественном устройстве государство, реализуя себя как центральный элемент социально-экономической системы, определяет только общие условия ее функционирования. Первой, обязательной и центральной функцией механизма государственного управления является формирование среды, обеспечивающей условия функционирования всех субъектов экономики - установление «правил игры» для всех участников социальноэкономических процессов.

Правила игры устанавливаются целенаправленно, что означает присутствие цели в механизме государственного управления. Иначе говоря, целевая компонента формы государственного управления — установление правил поведения экономических субъектов.

На различных уровнях государственного механизма управления социализацией бизнеса инструментарий может быть различным, что вытекает из объема полномочий центральных (в случае с Россией - федеральных) и региональных органов власти и управления. Однако, сама форма - едина. В отношении органов власти и управления любых уровней можно говорить об установлении правил поведения экономических субъектов в рамках институционально закрепленных полномочий формального или неформального свойства.

Исходя из анализа представленных выше точек зрения, применительно к управлению социализацией бизнеса можно обозначить цель механизма государственного управления как выбор параметров социально-экономических систем, соответствующих их состоянию, позитивным трендам развития в рамках формально и неформально институционализированных полномочий. Соответственно, институциональная компонента формы данного механизма - власть, как способ реализации цели.


Организационная компонента

Организационная компонента формы вытекает из характера взаимоотношений государства с иными экономическими субъектами. В этой связи представляется оправданной точка зрения представителей ордолиберальной школы. В частности, В. Ойкен сформулировал идею экономического порядка как предмета деятельности государства (101).

В соответствии с концепцией В. Ойкена и его последователей, большинство хозяйственных порядков складывается постепенно, в ходе исторического процесса. Но часть из них создается согласно заранее выработанным масштабам, всеохватывающим планам. Отметим мнение указанного автора, что современный индустриальный мир не может создать пригодный хозяйственный порядок (выше мы писали, что рыночный механизм сам по себе не имеет цели). Он требует определенных принципов и четко выраженной хозяйственной конституции. По В. Ойкену, аграрная, торговая, кредитная политика, система финансов и налогообложения, являются производными от хозяйственного порядка, и призваны обеспечить соответствующие ему правила поведения экономических субъектов. Вышеуказанный автор отмечал, что эти проблемы чрезвычайно сложны, и решить их можно только на уровне макроэкономики, в которой каждый инструмент управления направлен на реализацию общей концепции порядка в рамках национальной экономики (102).

Полагаем, что общие положения хозяйственного порядка, действительно, формируются на уровне макроэкономики. Но в крупных, дифференцированных по технико-технологическим, социально-экономическим и институциональным характеристикам государствах часть полномочий по установлению хозяйственного порядка неизбежно должна передаваться на более низкие уровни, в случае с Россией - на уровни регионов. Кроме того, в реализации полномочий по формированию хозяйственного порядка участвуют и органы местного самоуправления.

В. Ойкен полагал, что с хозяйственным порядком тесно связан правовой, формирующийся естественным путем или посредством сознательного законотворчества. Мы считаем, что в данном случае нельзя противопоставлять естественный ход событий и сознательное проектирование правовых и экономических отношений. Правовые отношения не тождественны хозяйственным, но их установление существенно влияет на хозяйственные порядки. В свою очередь, последние воздействуют на формирование правовых.

Мы полагаем, что нормативно-правовой порядок возникает для изменения институциональной основы функционирования социально - экономических систем - перехода от неоформленных отношений (предполагающих значительную долю субъективизма) к достаточно определенным, объективизированным. Последние закрепляют в нормативно-правовых документах уже известные фактические отношения, образующие определенный экономический порядок, если он устраивает различные социальные группы. В этом реализуется активная роль периферийных элементов механизма управления - они не только подчиняются управленческим воздействиям центра (государства в широком смысле слова), но и предлагают ему правила экономического поведения, фактические освоенные обществом. В свою очередь, элементы нормативно-правового порядка вырабатываются государством на основе отношений между субъектами хозяйственного процесса в рамках утвердившегося порядка. Взаимосвязи между хозяйственным и нормативно-правовым порядком меняются в ходе исторического развития и, надо полагать, образуют некоторую «институциональную спираль», ограничивающую вариативность поведения экономических субъектов.

Указанное ограничение в институциональном смысле обеспечивается формированием условий для всех экономических субъектов.

Учитывая современные реалии, необходимо отметить неизбежность установления хозяйственного порядка на основе механизма планирования. Поэтому организационной компонентой формы механизма государственного управления является план.


Государственный план, учет и контроль

Нельзя не отметить, что эффективность государственного плана как центрального элемента механизма государственного управления подвергается сомнению в теориях противников государственного вмешательства в экономику. Наиболее жесткая форма теоретического отрицания плановых начал механизма государственного управления представлена сторонниками неоклассического направления. В частности, доказывая недостижимость целей социализма и невыполнимость его программ, Ф. Хайек писал, что централизованное планирование не может реагировать на изменение экономической ситуации так же быстро и эффективно, как рыночная экономика. Это обусловливается недостаточностью информации, поступающей плановым органам. Поэтому экономика любой страны развивается эффективно в результате действия стихийных рыночных сил, формирующих спонтанный хозяйственный порядок. Наша цивилизация, по мнению Ф. Хайека, сложилась не в результате исполнения чьего-либо сознательного замысла, выполнения поставленного плана, и намерений людей, а спонтанно.

Не отрицая стихийных начал в формировании экономического порядка, отметим, что сам автор говорит о следовании определенным традиционным нормам поведения, образующим его основу. По мнению Ф. Хайека, государство, пытающееся координировать хозяйственную деятельность, нарушает систему передачи информации (103).

Обратим внимание на то, что Ф. Хайек ставит вопрос об альтернативности управления экономическими процессами. Государство и хозяйствующие субъекты в его схеме функционируют по варианту «либо план - либо спонтанность», причем, субъекты рынка государству не подчиняется. Но такой проблемы не существует. Государство не выступает и не должно выступать альтернативным хозяйствующим субъектом. У него иная функция - создание благоприятной среды для жизнедеятельности всех членов общества, а не только хозяйствующих субъектов. Отметим, что мы противопоставляем не персонифицированных хозяйствующих субъектов и иных членов общества, а выполняемые ими функции. Одни и те же лица представляют в различных своих действиях различные же общественные функции, играют различные экономические роли. Именно различия ролей, причем, зачастую, одних и тех же лиц, образуют сложную и противоречивую систему взаимосвязей в обществе. Эта противоречивость делает необходимым и возможным использование в управлении процессами социализации бизнеса (наряду с иными) использование различных механизмов. Это же позволяет государству инструменты, свойственные рыночному механизму.

Выше мы показали, что целевая компонента данной формы — создание среды для функционирования всех экономических субъектов (включая само государство), институциональная компонента - власть.

Организационная составляющая должна обеспечивать реализацию обеих вышеуказанных компонент. В связи с этим полагаем целесообразным обратиться к взглядам исследователей теоретических и практических аспектов деятельности государства с акцентом на социальных процессах. К. Маркс писал, что государство в капиталистическом обществе (основанном на принципах рыночного саморегулирования) приобрело самостоятельное значение в качестве формы организации, гарантирующей права собственности и интересы какой-либо социальной группы. Но, исходя из общего контекста работы, следует, что это - не обязательно класс собственников капитала. К. Маркс называет в числе социальных групп, с которыми тесно связаны интересы государства: мелких земельных собственников во Франции времен бонапартизма, землевладельцев и землепользователей в ранних государствах (104). Ранние государства, по мнению цитируемого автора, выполняло функцию организации общественных работ (105).

Отметим, что любая функция в системе управления - это функция механизма управления - «функционирует» механизм, а не управление. На различных стадиях развития общества функции меняются, но основы механизма должны оставаться стабильными. В противном случае нельзя говорить о субъекте отношений, в данном случае - государстве, как о чем-то одном, едином на категориальном уровне. Ф. Энгельс писал о государстве, как об общественном органе, защищающем его общие интересы (106). Иначе говоря, государство представляет собой субъекта управления, наделенного властью, реализуемой в целях защиты общественных интересов.

В современных условиях государству нет смысла управлять производственными процессами, это обеспечивается рыночным механизмом. Но, заметим, что этот «лишенный цели» рыночный механизм действует разрушительно на различные экономические подсистемы. Поддерживать единство социума, обеспечивать «социальность» различных процессов он не в состоянии. Эта функция органически (по целевому признаку) свойственна государству.

Собственно говоря, это по смыслу не отличается от определенной нами целевой компоненты механизма - создания условий для функционирования экономических субъектов, относящихся к различным институциональным группам. Так, необходимость использования государственной власти в интересах не только буржуа, но и пролетариата, его социальной защиты, признавали и сами представители марксистской школы (107).

Не важно, что государство может обеспечивать реализацию интересов разных групп в различной же степени, важно, что эти интересы - общие. Так, в ранних государствах в соответствии со взглядами К. Маркса, Ф. Энгельса, общие интересы осуществлялись посредством организации общественных работ в сфере сельского хозяйства и строительства его инфраструктуры. В более поздние периоды, когда необходимость в организации подобных работ существенно уменьшилась (хотя и не отпала полностью) важнейшей внутренней функцией стало обеспечение компромисса между интересами социальных групп. На первый план вышли контрольная и регулирующая функции государства. Инструменты ее реализации - преимущественно нормативно-правовые. Суть механизма при этом сохранена - удовлетворение общественных интересов с более или менее выраженным обеспечением компромисса, в отсутствие которого условия для функционирования любых экономических субъектов становятся неблагоприятными. Из этого, собственно, и вытекает заинтересованность государства в реализации бизнесом социальных функций.

Впоследствии В. Ленин писал о необходимости выполнения государством функций учета и контроля: «Главная мера борьбы, мера предотвращения катастрофы и голода. Эта мера: контроль, надзор, учет, регулирование со стороны государства, установление правильного распределения рабочих сил, устранение всякой лишней траты сил, экономии их» (108). Инструменты реализации данной меры - приказ, принуждение, то есть реализация властных полномочий (109). В последующем цитируемый автор обосновал необходимость организации производства в общегосударственном масштабе (110). Контрольная, регулирующая функции становятся подчиненными (111). Понятно, что речь идет о производственной деятельности. В этом случае функции государственного механизма управления более широки - они охватывают весь спектр управленческих функций, необходимых для осуществления производственного процесса, причем без их ранжирования по степени значимости.

Понятно, что идея ликвидации товарного хозяйства требовала расширения функций управления. Это достаточно определенно показал А. Богданов, утверждая: «Новое общество основано не на меновом, а на натуральном хозяйстве, в котором доминирует «сознательно и планомерно организованное распределение» (112). В данном случае нет оснований дискутировать с цитируемым автором относительно главенства фаз воспроизводства. Для реализации цели государства - создания «системы порядка», можно сфокусировать внимание на одной базовой функции. Поэтому важен акцент, сделанный цитируемым автором на плановых основах деятельности государства.

Наряду с А. Богдановым А. Рыков считал плановую функцию ведущей в деятельности государственных органов. В отношении частных хозяйствующих субъектов роль государства, по его мнению, более скромная - учет и контроль (113). Аналогичную точку зрения высказывали С. Гусев, А. Кактынь, Л. Крицман, Г. Кржижановский (114). Развитие теоретических взглядов и практика деятельности И. Сталина закрепили плановую функцию государства в качестве доминирующей (115).

На протяжении нескольких десятилетий плановая функция государства реализовывалась в СССР в масштабах всего народного хозяйства. Обратим внимание на то, что основа механизма государственного управления была смещена, но не в сферу рыночного механизма, а в область функционирования хозяйствующих субъектов. Не оспаривая возможностей всеобъемлющего централизованного планирования на любом этапе развития экономики и в масштабах разных подсистем государства, заметим, что глобальный план, как аналог плана производственного субъекта вряд ли является прерогативой государства в целом. Да и нет смысла ставить вопрос о состоянии этого плана применительно к любым системам, которые могут трактоваться как государства. Уровень абстракции категории «государство» весьма высок, в его конкретных проявлениях можно выделить Древний Шумер или Древний Египет, Греческие города-государства, современные европейские государства с высоким уровнем развития форм рыночного управления, современную Россию, которая, собственно, и интересую нас в данном исследовании.

Выше мы показали, что наличие планового хозяйственного порядка является состоявшимся фактом, существовавшим на значительной территории и в разных социально-экономических, геополитических и институциональных условиях. Такой факт нельзя игнорировать и полагать его случайным. Случайностей такого масштаба быть не может.

Обратим внимание на лояльность Й. Шумпетера к системе государственного планирования. Он считал, что система планового ведения хозяйства не только возможна, но в ряде случаев даже более эффективна, чем рыночная. По его мнению, проблемы, с которыми сталкивается социалистическое хозяйство, проще поддаются решению, чем в обществе, основанном на рыночных принципах. Это объясняется тем, что одна из главных сложностей управления бизнесом заключается в факторе неопределенности, генерируемом рынком. Центральный орган плановой экономики, по мнению Й. Шумпетера, может и должен собирать, анализировать и распространять информацию, координировать процесс принятия решений (116). Заметим, что указанный автор, так же как противники планового хозяйства, противопоставляет механизмы рынка и государства, в чем нет необходимости - механизмы разных институциональных подсистем выполняют свои функции. Не в порядке доказательства, а в качестве иллюстрации отметим, что стохастическое движение молекул в камере сгорания не мешает целенаправленному использованию их энергии в двигателе.

Выше мы показали, что проблема заключается не в выборе механизмов рынка или государства. Государственное планирование в СССР привело к снижению эффективности экономической системы и серьезной структурной разбалансировке, особенно в период существенного роста масштабов национальной экономики. Однако решить вопрос о данной форме механизма государственного управления необходимо не с позиции подсчета ошибок, а с точки зрения выполнения им функций, адекватных роли государства в управлении экономикой.

Что и как планировать, прогнозировать, какие конкретные инструменты необходимо применять государству - это вопросы реализации формы в конкретных социально-экономических и институциональных условиях. Принципиальным является то, что план, как базовая форма государственного управления, обеспечивает условия функционирования социальноэкономической системы с любым устройством, предполагающим, что государство как таковое существует. В более или менее ограниченном временными и пространствами рамками обществе государства существуют как практическое воплощение его «идеи».

В наиболее абстрактном виде, которому соответствует форма механизма государственного управления, сформулировал понятие «государство» Г. Гегель: «А если какой-нибудь предмет, например, государство, вовсе не соответствовал своей идее, т.е. вернее, если бы оно вовсе не было идеей государства, если бы его реальность - наделенные сознанием индивиды - совершенно не соответствовала понятию, то это означало бы что отделились друг от друга его душа и его тело; душа отлетела бы в отдельные индивидуальности.

Но, составляя по существу своему их природу, понятие государства есть в них столь могущественный импульс, что они вынуждены придавать ему реальность (хотя бы лишь в форме внешней целесообразности) и принимать его таким, какое оно есть, иначе они должны были бы погибнуть. Самое плохое государство, реальность которого менее соответствует понятию, поскольку оно еще существует, все еще есть идея; индивиды еще повинуются властвующему (выделено нами. А.С.) понятию» (117). Как видим, у Гегеля форма государственного управления - власть. Мы полагаем, что речь в данном случае идет об институциональной компоненте формы, как в рыночном механизме - конкуренции.

Власть реализуется посредством действий. В противоположность конкуренции, где результат взаимодействия субъектов реализуется a-posteriori, действия государства, объединяющие экономических субъектов, имеют априорный характер. Так, у Гегеля - идея предшествует факту. Формой такого априорного объединения является план. Причем, план, соответствующий нормам поведения экономических субъектов, в той или степени устраивающий их. С другой стороны, план должен быть конкретизирован по таким параметрам экономической жизни, которые соответствуют общим представлениям экономических субъектов о состоянии среды, в которой им надлежит функционировать достаточно длительный период. В рыночной экономике государственный план должен быть формироваться для обеспечения социальной стабильности общества, применительно к бизнесу - для его социализации. На региональном уровне это обеспечивается формированием стратегического плана и необходимых для его реализации инструментов.

Стратегический план представляет основу общего хозяйственного порядка, сообщая участникам экономических процессов состояние среды на долгосрочную перспективу, в которой им придется осуществлять решение собственных экономических и социальных проблем. Изучение параметров стратегического плана позволяет представить в текущей и обозримой перспективе характер социально-экономических процессов, к которым необходимо адаптировать деятельность отдельных предприятий.

Формирование плана как формы механизма государственного управления опирается на сведения о действиях экономических субъектов. Однако, он не может сводиться к их обобщению. Любая система представляет собой нечто большее, чем совокупность составляющих ее частей, подсистем. Поэтому для обеспечения целостности системы нужно познавать ее, предвидеть результаты исходя из доминанты общего, то есть, государства.

Таким образом, отношения планомерного формирования условий для функционирования экономических субъектов составляют организационную основу механизма государственного управления.

Отсюда — все категории механизма государственного управления производны от государственного плана, тип и содержание которого определяются состоянием социально-экономических систем.

Форма механизма государственного управления на региональном уровне тройственна:

  • целевая компонента - создание условий для функционирования экономических субъектов;
  • институциональная компонента - власть;
  • организационно-экономическая компонента - стратегический план.

Механизм управления хозяйствующих субъектов связан с их ролью в общественной жизни. Механизм управления хозяйствующими субъектами в целом широко рассмотрен в научной литературе. Преимущественно речь идет об управлении производственными и, в целом, хозяйственными процессами, которые в общем виде выходят за рамки нашего исследования. В этой связи мы обращаемся только к тем сферам деятельности, которые касаются социализации бизнеса.

Выше мы характеризовали социальные функции бизнеса в регионах страны. Механизм управления социализацией бизнеса направлен на реализацию данных функций. В связи с этим обратим внимание на точки зрения исследователей проблем управления социализаций бизнеса на уровне предприятий. Обычно речь идет о корпоративных структурах и, соответственно, корпоративной социальной ответственности. В нашу задачу не входит детальный анализ соотношения категорий «социализация бизнеса», «корпоративная социальная ответственность» (КСО), поэтому обратимся к тем аспектам КСО, которые имеют прямое отношение к рассматриваемому механизму управления.

Корпоративная социальная ответственность

Анализ научной литературы по проблемам корпоративной социальной ответственности (118) показал, что наиболее полно раскрывает содержание механизма управления социальной ответственностью бизнеса Л. Никитина, подробно характеризуя различные его компоненты (119). В обобщенном виде механизм управления на уровне корпоративной социальной ответственностью (а, следовательно, и социализацией бизнеса) бизнес-структур представлен у Л. Никитиной следующими компонентами:

  • неспецифичные функции, свойственные любому управлению (планирование, организация, контроль, регулирование);
  • субъект управления;
  • инстанции ответственности (подразделения или конкретные люди, отвечающие за выполнение определенной функции);
  • общие функциональные императивы управления, специфичные для каждой системы (Л. Никитина включает в их состав: целеполагание, дезинтеграция цели в соответствии с функциональными обязанностями инстанций ответственности внутренняя и внешняя интеграция; адаптация к требованиям внешней среды; сохранение образца при его необходимой и достаточной трансформации),
  • состав ценностей (Л. Никитина выделяет в их составе применительно к КСО: качество продукции, справедливую цену, условия производства, состояние природной среды, достойные жизненные условия);
  • адресат ответственности (элемент управления, в отношении которого осуществляется некоторое действие (в составе адресатов Л. Никитина выделяет: акционеров, работников, менеджеров, кредиторов, потребителей, поставщиков, других деловых партнеров, местные сообщества, органы государственной власти и управления, конкурентов);
  • роли субъекта в процессе реализации функций механизма управления (участник гражданского общества, производитель, работодатель, инвестор, объект инвестиций, субъект инвестиций, участник конкурентной борьбы, участник социального развития;
  • частные функциональные императивы, соответствующие ролям субъектов управления и ценностям адресатов ответственности;
  • объект управления (то, за что отвечает субъект) - по версии Л. Никитиной он конкретизируется в соответствии с ролями субъектов управления;
  • стратегии взаимодействия субъектов, образующих систему (в цитируемой работе - систему КСО);
  • состав принципов, в которых реализуется система отношений (применительно к КСО цитируемый автор выделяет принципы: субсидиарности; необходимого и достаточного разнообразия инструментов управления; институционализации отношений в сфере КСО; интегрированности; подотчетности; адресности; целесообразного выбора объектов; баланса инновационности и консервативности; открытости; результативности, многоуровнево- сти);
  • уровни функционирования системы (применительно к КСО и социализации бизнеса: следование законам и иным нормативным актам; признание необходимости осуществлять социально ответственную деятельность в более широком контексте, чем требуют нормативные акты; социально ответственная деятельность, направленная одновременно на получение положительных эффектов во внешней среде и на самом предприятии);
  • стимулы (внешние или внутренние) или внутренние мотивы;
  • институты, обеспечивающие согласование действий субъектов управления.

Весьма сложная структура представленного выше механизма является теоретически обоснованной и в основной массе применимой к нашему объекту исследования - социализации бизнеса в силу ее функционального сходства с системой КСО. Однако, именно в силу повышенной сложности, она включает в себя элементы различного уровня абстракции, что затрудняет представление механизма в обобщенном виде. В связи с этим обратим внимание на принятые нами ранее аспекты механизма управления социализацией бизнеса - целевые, институциональные и организационно-экономические компоненты.


Расширение границ бизнеса в объектном и субъектном плане

Исходя из обоснованного Л. Никитиной содержания механизма управления социализацией бизнеса на уровне предприятия, он может быть охарактеризован следующим образом:

  • сущность механизма управления, применяемого бизнес-структурами
  • внутрифирменное взаимодействие.

Форма механизма управления бизнес-структурами, безусловно, имеет целевой характер, поэтому она, как и в механизме государственного управления, тройственна:

По целевому признаку - адаптация к требованиям внешней среды при сохранении образца и его необходимой и достаточной трансформации. Это обеспечивает воспроизводство бизнес-структуры в подвижном состоянии, поддерживает готовность сохраниться, изменяясь в соответствии с требованиями внешней и внутренней среды.

В институциональной компоненте важно указание Л. Никитиной на «институты, обеспечивающие согласование действий субъектов управления». Применительно к данной компоненте механизма управление данное согласование, на наш взгляд, представляет собой расширение бизнеса по двум векторам: вовлечение его в социальные процессы, происходящие во внешней и внутренней среде; инкорпорирование внешних для бизнеса субъектов в бизнес-процессы.

Таким образом, речь идет о расширении границ бизнеса в объектном и субъектном плане. То есть, механизм управления социализацией бизнеса представлен имплантацией имманентных бизнесу функций в систему поведения институционально отличных от него субъектов.

Заметим, что на практике такая имплантация осуществляется посредством целого ряда инструментов: партисипативное управление, участие в работников в прибыли предприятия, собственность работников, государственно-частное партнерство и т.п.

Для обоснования организационно-экономического компонента механизма управления социализацией бизнеса со стороны бизнес-структур стоит обратить внимание на обращение Л. Никитиной к ролям субъекта управления в процессе реализации его в интерпретации Л. Никитиной. Заметим, что указанные Л. Никитиной частники гражданского общества, производители, работодатели, инвесторы, участники конкурентной борьбы и т.д. выполняют свои роли различным образом и, в тоже время, объединяются в своих действиях в качестве представителей бизнеса, реализующего социальные функции.

Иначе говоря, по организационно-экономическому признаку указанный механизм управления представляет собой ролевое взаимодействие участников бизнес-процессов.


Выводы

Обобщая вышеизложенное, можно сделать следующие выводы.

Механизм управления социально-экономическими процессами в структурном плане инвариантен. Структура данного механизма в наиболее общем виде включает в себя: два корпускулярных элемента - субъекта и объект; цель; систему иерархически упорядоченных связей: формы - методы - инструменты.

Инвариантный в структурном плане механизм в содержательном аспекте имеет функциональные и территориальные ограничения.

Исходя из сущности субъектов механизма управления в его состав входит совокупность связей различного содержания: рыночные, государственное управление, менеджмент бизнес-структур.

Сущность рыночного механизма составляют меновые отношения между экономическими субъектами, и все категории рыночного механизма произ- водны от них. Форма рыночного механизма, выражающая его сущность, двояка: в институциональном смысле она представлена конкуренцией, в организационно-экономическом - ценой. Инструменты рыночного механизма производны от формы. В экономическом смысле они представлены ценами или их компонентами - себестоимостью, скидками, надбавками и др., действие которых обеспечивает функционирование системы, построенной на поддержание конкуренции, как институциональной основе рыночного механизма. В связи с этим форму рыночного механизма управления следует представить как институционально-организационный диполь: конкуренция-цена.

С точки зрения управления социализацией бизнеса функциональные ограничения представлены вектором влияния рынка на участников социально - экономических процессов. В условиях отсутствия цели конкуренция и цена влияют на состав и степень развитости социальных функций бизнеса стохастически. Определенный вектор не формируется.

Территориальные ограничения связаны с уровнем развития экономики, формальных и неформальных институтов, влияющих на социализацию бизнеса в конкретном регионе.

Сущность механизма государственного управления - формирование среды, обеспечивающей условия функционирования экономических субъектов различной институциональной природы.

Соответственно, целевая компонента формы механизма государственного управления - установление правил поведения экономических субъектов.

Применительно к управлению социализацией бизнеса цель механизма - выбор перспективных параметров социально-экономических систем, соответствующих их состоянию и позитивным трендам развития.

Институциональная компонента формы данного механизма - власть как способ реализации цели.

Организационная компонента формы вытекает из характера взаимоотношений государства с иными экономическими субъектами. Действия государства, обеспечивающие формирование условий для функционирования экономических субъектов, представляют собой систему порядка, имеющую априорный характер и обеспечиваемую созданием и реализацией планов социально-экономического развития. Следовательно, организационной формой государственного управления является план. В настоящее время такой формой является стратегический план.

Таким образом, форма механизма государственного управления тройственна: целевая компонента - создание условий для функционирования экономических субъектов; институциональная компонента - власть; организационно-экономическая компонента - план (в современных условиях - стратегический план).

Целевые ограничения действия механизма государственного управления социализацией бизнеса определяются составом и значениями параметров социально-экономической системы среды, характеризующих позитивные тренды ее развития.

Институциональные ограничения определяются объемом властных полномочий региональных органов власти и управления.

Территориальные ограничения представлены локализацией бизнес- структур.

Форма механизма управления, применяемого бизнес-структурами тройственна: по целевому признаку - адаптация к требованиям внешней среды при сохранении образца и его необходимой и достаточной трансформации. Это обеспечивает воспроизводство бизнес-структуры в подвижном состоянии, поддерживает готовность сохраниться, изменяясь в соответствии с требованиями внешней и внутренней среды.

По институциональному признаку форма указанного механизма управления - расширение институциональных характеристик бизнеса в соответствии с прогрессивными мировыми трендами его развития.

Организационно-экономическая компонента формы механизма - ролевое взаимодействие участников бизнес-процессов.

Ограничения данного механизма:

  • по целевому признаку отсутствует;
  • по институциональному признаку ограничением является имплантация имманентных бизнесу функций в систему поведения институционально отличных от него субъектов;
  • по организационно-экономическому признаку ограничение - состав ролей субъектов, взаимодействующих с бизнесом.

Территориальные ограничения - пространственная локализация бизнеса, не всегда совпадающая с географическими границами регионов.


Сноски

74. Гегель Г.В.Ф. Наука логики. М.: Наука, 1997. С. 364.

75. Лафта Дж. К. Менеджмент : учеб. Пособие / Дж.К. Лафта. М. : Велби, 2004. 592 с.

76. Райзберг Б. Хозяйственный механизм [Электронный ресурс] / Б. Райзберг, Л. Лозовский, Е. Стародубцева.

77. Трещевский Ю.И. Кризисные процессы и антикризисное управление в регионах России: опыт теоретического и эмпирического анализа : монография / Ю.И. Трещевский, С.В. Седыкин. Воронеж, Издательско-полиграфический центр «Научная книга», 2014. С. 166.

78. Деревянко О.В. Организационно-экономический механизм планирования бизнес- процессов предпринимательских структур: диссертация на соискание ученой степени кандидата экономических наук / О.В. Деревянко. СПб., 2004. 156 с.

79. Ефремова Т. Ф. Современный толковый словарь русского языка : в 3 т. Т. 2 / Т.Ф. Ефремова. М.: АСТ, 2006. 1168 с.

80. Маннапов Р.Г., Ахтариева Л.Г. Современные закономерности, принципы, задачи и механизм регионального управлении // Вестник Челябинского государственного университета. 2009. № 3 (141).Экономика. Вып. 19. С. 47-56.

81. Букреев А.М. Кризис-менеджмент в акционерных обществах / А.М. Букреев, И.В. Рощупкина. Воронеж, ВГУ, 2006. С. 72.

82. Гегель Г. Наука логики / Г. Гегель. М.: Мысль, 1998. С. 494.

83. Гегель Г. Указ. соч. С. 52.

84. Рисин И.Е. Государственное регулирование экономики / И.Е. Рисин, Ю.И. Трещевский, С.М. Сотников. Воронеж, Изд-во Воронеж. гос. ун-та, 2003. С. 26.

85. Государственное регулирование экономики : учебное пособие / коллектив авторов; под ред. И.Е. Рисина. М.: КНОРУС, 2014. С. 25.

86. Сироткина Н.В. Индикативное управление промышленными предприятиями в инновационной среде: теория, методология, практика : монография / Н.В. Сироткина. Воронеж, Научная книга, 2008. С. 202-203.

87. Сироткина Н.В. Научно-производственные кластеры: теория и практика управления российскими регионами : монография / Н.В.Сироткина, Ю.А. Ахенбах. Воронеж, Издательско-полиграфический центр «Научная книга», 2012. С. 255.

88. Эшби У.Р. Введение в кибернетику / У.Р. Эшби. М: Издательство иностранной литературы. 1959. С.23, 25.

89. Ускова Т.В. Управление устойчивым развитием региона : монография / Т.В. Ускова. - Вологда: ИСЭРТ РАН, 2009. С.247; Сивкова С. В. Концептуальный подход к формированию механизма управления конкурентоспособностью санаторно-курортных организаций / С.В. Сивкова // Проблемы современной экономики. 2006. № 1 (17). С. 44-50; Смирнов В. Эффективное социально-экономическое развитие региона: парадигма и концепция / В. Смирнов // Проблемы теории и практики управления. 2009. № 9. С.55-64.

90 Гегель Г. Указ. соч. С. 827.

91 Смит А. Указ. соч. С. 23.

92 Гегель Г. Указ. соч. С. 490.

93. Кант И. Критика чистого разума / И. Кант. Мн.: Литература, 2998. С. 127.

94 Гегель. Указ. соч., с. 817.

95 Роббинс Л. История экономической мысли: лекции в Лондонской школе экономики / пер с англ. Н.В. Автономовой под ред. В.С. Автономова. М.: Изд. Института Гайдара, 2013. С. 42-46.

96 Аристотель. Сочинения: В 4-х т. Т.4 . М.: Мысль, 2984. С . 376.

97. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. В 2-х т. Т.2. М.:Л, Госсоэкгиз, 1935. С. 235.

98. Смит А. Указ. соч. С. 248, 258-259.

99. Пигу А. Экономическая теория благосостояния. В 2-х т. / А. Пигу. М: Прогресс. 1985. Т.1. 512 с.

100. Пигу. А. Указ. соч. С. 388.

101. Ойкен В. Основы национальной экономики / В. Ойкен. М.: Экономика. 1996. 351 с.

102. Ойкен В. Указ. соч. С. 282-305.

103. Хайек Ф. Пагубная самонадеянность: ошибки социализма / Ф. Хайек. М.: 1992. С. 40, 132.

104. Маркс К. Фейербах. Противоположность материалистического и идеалистического воззрений / К. Маркс, Ф. Энгельс // Избр. произведения в трех томах. Т.1. М. Изд-во политической литературы. 1980. С. 72; Маркс К. Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта / К. Маркс, Ф. Энгельс // Избр. произведения в трех томах. Т.1. М.: Изд-во политической литературы. 1980. С. 422-516.

105. Маркс К. Британское владычество в Индии / К. Маркс, Ф. Энгельс // Избр. произведения в трех томах. Т.1. М.: Изд-во политической литературы. 1980. С. 519.

106. Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии / К. Маркс, Ф. Энгельс // Избр. произведения в трех томах. Т.3. М.: Изд-во политической литературы. 1981. С. 410.

107. Маркс К. Капитал. Т.1 / К. Маркс. М.: Политиздат. 1973. С. 311; 626-724 и др.

108. Ленин В.И. Грозящая катастрофа и как с ней бороться /Ленин В.И. // Избранные произведения в трех томах. Т. 2. М.: Изд. политической литературы. 1971. С. 172.

109. Ленин В.И. Указ. соч. С. 176.

110. Ленин В.И. Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата / Ленин В.И. // Избранные произведения в трех томах Т.3. М.: Изд-во политической литературы. 1971. С. 221.

111. Ленин В.И. У11 Всероссийский съезд Советов / Ленин В.И. // Избранные произведения в трех томах.Т.3. М.: Изд-во политической литературы. 1971. С. 457.

112. Богданов А.А. Социалистическое общество / А.А. Богданов. Вопросы социализма. М.: Изд-во политической литературы. 1990. С. 97.

113. Рыков А.И. Хозяйственное положение советских республик / И.И. Рыков. Избранные произведения. М.: Экономика. 1990. С. 308-309.

114. Об едином хозяйственном плане. М.: Экономика. 1989. С. 31-268.

115. Сталин И.В. О хозяйственном положении и политике партии / И.В. Сталин. Сочинения. Т.8. М.: ОГИЗ. 1948. С. 126-127; Сталин И.В. ХУ съезд ВКП (б). Политический отчет Центрального Комитета 3 декабря / И.В. Сталин. Сочинения. Т. 10. М.: ОГИЗ. 1949. С. 299.

116. Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия / Й. Шумпетер. М.: Экономика. 1995. С. 225-252.

117. Гегель Г. Указ. соч. - С. 855.

118. Батаева Б.С. Социально-ответственное поведения как основа развития современной компании // Корпоративная социальная ответственность: управленческий аспект: монография / Под ред. И.Ю. Беляевой, М.А. Эскиндарова. М.: КНОРУС, 2008. С. 30-39; Беликов И. Мировые тенденции развития корпоративной социальной ответственности и отчетности: уроки для российских компаний. Корпоративная социальная ответственность и конкурентоспособность / И. Беликов. М.: Аспект-Пресс, 2004. 320 с.; Благов Ю. Е. Корпоративная социальная ответственность: эволюция концепции / Ю.Е. Благов. СПб. Высшая школа менеджмента, 2010. 272 с.; Благов Ю.Е. Корпоративная социальная ответственность: эволюция концепции / Ю.Е. Благов / СПб, Высшая школа менеджмента, 2010. 272 с.; Блохин К. Корпоративная социальная ответственность как фактор, балансирующий интересы в обществе / К. Блохин // Человек и труд. 2007. № 2. С. 22-26; Вайзер Дж. Беседы с неверующими в пользу социальных инноваций / Дж. Вайзер, С. Задек. М.: Экономика, 2009. 341 с; Иванова В. Особенности формирования моделей корпоративной социальной ответственности в зарубежных странах и России / В. Иванова // Человек и труд. 2009. № 10. С. 46-50; Камзабаева М. С. Стратегия социальной ответственности предприятия в рыночной экономике/ М. С. Камзабаева. Горно-Алтайск: РИО ГАГУ, 2004. 154 с.; Конарева Л.А. Стратегия реализации социальной ответственности в XXI веке / Л.А. Конарева // США - Канада. 2009. № 2. С. 117-127; Корпоративная социальная ответственность: управленческий аспект / Под ред. И.Ю. Беляевой, М.А. Эскиндарова. М.: КНОРУС, 2008. 504 с.; Костин А.Е. Корпоративная социальная ответственность и устойчивое развитие: мировой опыт и концепция для России // Менеджмент в России и за рубежом. 2005. №3. С. 112-122; Лютов А.А. Корпоративная социальная ответственность и американские ТНК / А.А. Лютов // США - Канада. 2010. № 8. С. 117-126. Малашенко Н. Корпоративная социальная ответственность как неотъемлемая часть современного бизнеса // Менеджмент сегодня. 2003. №5. С. 31-34; Нагорнов А.В. Исследования социальной ответственности компании / А.В. Нагорнов, М.С. Солнцева // Корпоративные финансы, 2007. № 2 С. 112- 132; Никитина Л.М. Корпоративная социальная ответственность как система социальноэкономических отношений / Л.М. Никитина. - Воронеж: ВГПУ, 2009. 204 с.; Никитина Л.М. Основные содержательные характеристики системы корпоративной социальной ответственности / Л.М.Никитина // Вестник ВГУ: Серия: Экономика и управление. 2010. №1. С. 78-86; Полищук Л. Корпоративная социальная ответственность или государственное регулирование: анализ институционального выбора / Л. Полищук // Вопросы экономики. 2009. № 10. С. 4-22.

119. Никитина Л.М. Система корпоративной социальной ответственности в России: содержание, факторы развития, механизм управления : монография / Л.М. Никитина. Воронеж : Воронежский госпедуниверситет, 2011. С. 132-133.

Свиридов А.С. Управление развитием процессов социализации бизнеса в регионе: дисс. ... докт. экон. наук. - Воронеж, 2016.